vaim2001

Как журналист, я всегда выступаю за точность формулировок. Точное определение названий вещам ведет к точному пониманию происходящих процессов. С этой точки зрения никакого «суда» над Надеждой Савченко, конечно же, не существует.

Савченко - не обвиняемая.

Обвиняемый - это не просто слово. Это - правовой статус. Юридический термин.

Для того, чтобы человек мог стать обвиняемым, необходимы некоторые условия. Как максимум - наличие совокупности общественных институтов по управлению данной территорией, регулируемых общественным договором и подчиняющихся закону и Конституции. То есть того, что мы называем «правовым государством». Как минимум - наличие хотя бы реального, а не бредового уголовного дела. Потому что суд - понятие не психиатрическое, а правовое.

Какое отношение к праву имеет некое действо, на котором некие люди, узурпировавшие власть, говорят офицеру армии соседней страны, боровшемуся против захватывавших в его стране города террористических вооруженных отрядов, что он убил граждан другой, соседней страны, попавших в его страну непонятно как, а за это мы его похитили, незаконно вывезли и предъявляем теперь обвинения - я совершенно не понимаю.

Ближайшей, хотя и не полной, аналогией, был бы суд над офицером Красной армии в гестапо за его участие в партизанском отряде.

Не полной, потому что даже в этом случае он был бы военнопленным.

Савченко же - даже не военнопленная. Официально это государство трусит даже назвать вещи своими именами. Трусит назвать войну, которую оно подготовило, развязало, и ведет - войной.

Так что Савченко - похищенная. Заложница.

Ст. 126 УК РФ, часть вторая пункты а, в, г, и часть третья пункт а. До пятнадцати лет, особо тяжкая.

В общем, с юридической точки зрения мы имеем совершенно казуистическую картину: преступники - причем совершившие тяжкие преступления - судят офицера, за то, что он отстаивал право и законность своей страны, пытаясь при этом строить из себя как раз ту саму законность, за отстаивание которой они украли и пытают офицера.

Бредовость, фейковость этого дела, выражается во всем. В любой мелочи, в любом факте, в любом слове. Это существование в каком-то своем, совершенно параллельном мире с снайпершами-бандеровками, корректирующими огонь специально по журналистам и переходящим потом границу в страну, с которой они воюют, после того, как их добровольно отпускают из плена - видимо, потому что они снайперши-бандеровки, корректирующие огонь по мирным журналистам…

Картина происшедшего более-менее понятна. Группа бойцов «Айдара» выдвинулась на нескольких коробочках в сторону Металлиста. Выдвинулась, как на параде - малыми силами, по центру дороги, без разведки. Естественно, попала в засаду. Украинская сторона тогда воевать не умела. Отправка личного состава в засаду вообще была тогда тактикой ведения боевых действий - Карловка, Иловайск, Шахтерск, Волноваха. Естественно, первая группа была разбита. Естественно, выдвинувшаяся им на подмогу вторая группа была также разбита. Неразобравшаяся в ситуации Надежда Савченко, прибывшая на легковом автомобиле, приехала в плен с двумя своими сослуживцами практически сама.   Во всяком случае, примерно такая картина вырисовывается из той информации, которая на данный момент есть в открытом доступе.

После чего два сотрудника ВГТРК, насколько можно предположить, услышав канонаду боя, выехали на блок-пост «поснимать войну», попали под обстрел и погибли.

Собственно, все.